10 современных российских романов, без которых трудно представить отечественную литературу. Часть 2

Понятно, что оценивать русскую литературу ХХI века еще рано. Большое, как мы помним, видится на расстоянии, и молох времени пропустит не всех. Однако проанализировать написанное за два прошедших десятилетия и выбрать важные тексты, не навешивая на их авторов ярлыков «живых классиков», можно уже сейчас. Сделать это мы попросили Наталью Ломыкину, критика и литературного обозревателя Forbes.

«Обитель», Захар Прилепин (2014)

В те далекие времена, когда творчество автора еще можно было отделить от его личности, у Захара Прилепина вышел роман «Обитель» о Соловецком лагере особого назначения и сразу же получил «Книгу года» и премию «Большая книга» сезона 2013-2014, обойдя «Теллурию» Владимира Сорокина. Выросший из молодой, агрессивной мужской прозы («Санькя», «Грех», «Ботинки, полные горячей водкой»), брутальный и цельный писатель Прилепин к тому моменту входил в число «100 выдающихся людей года в России», по версии «Русского репортера», был пятым в списке перспективных политиков и вообще человеком на виду. «Обитель» получила огромный резонанс, возглавила список самых читаемых книг года в библиотеках, а сам Прилепин занял второе место в рейтинге писателей года сразу после Донцовой. Сейчас весь этот инфошум уже слетел и забылся, а роман остался. Почему?

Прилепин, отправив совсем еще юного парня Артема Горяинова на Соловки (за преступление, о котором читатель узнает ближе к концу), воссоздает жизнь в лагере с удивительной художественной достоверностью. Бытовой распорядок лагерной жизни и внутреннее устройство сложной иерархической системы Артем испытывает на себе, и Прилепин задействует все органы чувств, чтобы читатель встал на его место. Голод, жажда, теснота и духота, укусы насекомых, бесконечные крики чаек, тяжесть мокрых бревен в ледяной воде, дух немытого тела… Соловецкая бытовая жизнь становится фоном твоей.

Да, историки потом пеняли Захару, что некоторые события он спрессовал по времени, а некоторые и вовсе выбросил, но он писал прозу, а не летопись. И хотя писал не о том, что видел сам, как Шаламов и Солженицын, художественная правда «Обители» безусловна (и нисколько не отменяет, а лишь дополняет общую картину). Будучи человеком ярко выраженных убеждений, Прилепин в «Обители» сумел остаться беспристрастным, как подобает художнику, и не встать ни на одну сторону. Да единой чистенькой правды и нет. Соловецкий лагерь с его школой, биостанцией, типографией и газетами, театром и оркестром, с исправительными работами для воров, убийц, священников и политзаключенных, с писаными и неписаными законами — искаженная модель государства, где, как замечает владыка Иоанн, не всегда понятно, кто в аду. Палачи и жертвы взаимозаменяемы — это условие чудовищного эксперимента. И надо обладать писательской смелостью Прилепина, чтобы на этом сложном, болезненном материале устроить главному герою взлеты и падения в духе классического приключенческого и даже авантюрного романа. Но главное не это.

Процитирую Дмитрия Бутрина: «Вторая книга „Обители“ — один из самых невероятных текстов в русской литературе, видение, ради существования которого, возможно, и был придуман Захар Прилепин. Читать стоит только то, что вы не забудете — а это вы не забудете». Не забудете ужас карцера на Секирной горе, где человек остается наедине со страхом смерти, с предательством своего тела и с самим собой, поскольку, хотя карцер набит людьми — в выстуженном храме нары в три этажа и параша в алтаре, — все они должны сидеть на жердях, как куры, без одежды, не шелохнувшись и молча. На кружке кипятка, полученной в пять утра, и вечерней кружке баланды.

Не забудете, как в ледяном храме спали «штабелями», укладываясь в четыре слоя, друг на друга, так что внизу каждую ночь кто-то задыхался, но остальные отогревались. Не забудете разговор Артема с чудом сохранившимся ликом Христа на стене и коллективную исповедь людей, которые уверены, что смерть придет прямо сейчас.

И если (когда) вы потом окажетесь на Соловках, неважно, через сколько лет после прочтения романа (я приехала через восемь), и услышите крики чаек, вся «Обитель» встанет перед глазами и наложится на остров. И вы узнаете камни, и воду, и давящие своды, и найдете тот самый светлый Христов лик, и возблагодарите Бога за то, что для вас это в первую очередь литература.

 

Наталья Ломыкина
Блог Storytel, 17.02.2022

 

Купить книги:



Соратники и друзья
Сергей Шаргунов