На мой вкус, Алексей Шепелев самый необычайный, самый непредсказуемый и самый недооцененный персонаж современной молодой литературы. Нет, и книжка его шума наделала, и публикации были, и журналисты им интересуются, и премии случались - но это всё равно не соответствует масштабам оригинального дара Шепелева. Он явно заслуживает большего.

- Давай расскажем, кто такой Алексей Шепелёв. Где родился, как учился, кто отец, кто мать? Чем занят сегодня?

- Родился в самой что ни на есть глубинке, в селе Сосновка Тамбовской области. Многие даже, общаясь со мной в Москве, в это не верят - намекают, что сие, мол, "пропагандистская фишка", для имиджу. Тем не менее, это так. Там я окончил среднюю школу. В классе было четыре человека, учился хорошо, в аттестате у меня одни пятёрки (и в такое почему-то не верят!), правда, классе в 9-м начались проблемы - постоянные выговоры за "пьянку и дебош", самовольный уход из пионеров и т.п. Так называемый скандальный имидж тогда уже проявлялся…

Писать я начал, как только научился писать - не читал никаких детских книжек - я их сам себе писал! Про котов в основном - они у меня древнюю Русь от врагов защищали, бороздили космические просторы… Потом тоже вот шкодить начали, выпивать… И тогда - уже лет в 16! - я написал первый рассказ, в котором уже люди фигурировали - "Черти на трассе". (Андрей Урицкий вот в рецензии в "Знамени" написал, что именно в этом тексте автор "достиг единства игры и серьеза, пафоса и имитации пафоса, абсурда и реализма", явно посчитав, что это одно из последних моих произведений.) Впрочем, в школьные годы никто и не знал, чем я занимаюсь. Я ото всех это постыдное - с точки зрения сельских жителей - занятие скрывал.

Потом учился на филфаке Тамбовского госуниверситета. Впрочем, учиться получалось с большим трудом. Уже на втором курсе мы с моим другом Александром О\'Фроловым создали музыкально-литературное объединение "Общество Зрелища". Провозгласили искусство "дебилизма", или "радикального радикализма". Своего рода новое ОБЭРИУ или ситуционизм. Однако мы тоже мало занимались теорией, т.е. чтением книжек про предшественников, а всё больше практиковались…

В таких экстремальных условиях жизни можно было вести только экстремальный образ жизни. Собрали состав рок-группы, записали несколько альбомов - полупрофессионального, если так можно выразиться, качества - с названиями вроде "От гриба", "Начальникъ Верьховнаго Бга Озириса", пытались устраивать выступления. Короче, каждый семестр весь наш концертный состав вывешивали на факультете в списках отчисленных. В итоге О\'Фролова отчислили с пятого курса и он пошёл служить (кстати, после написал великолепный роман про армию под названием "Ничего"), а я, как истинный друг парадоксов, стал козырять весьма смешной фразой: "Если меня не отчислят, я поступлю в аспирантуру". И поступил, и даже закончил её, и защитил диссертацию по творчеству Достоевского и Набокова "Тема нимфолепсии как рецепция темы "ставрогинского греха". Тоже было много скандалу…

В университете познакомился с Сергеем Бирюковым, президентом международного союза авангардных авторов и исследователей авангарда - Академии Зауми. Бирюков - наш учитель, но учить-то он особо ничему не учил – просто, что называется, на личном примере показывал, что неординарные авторы могут бытовать и в провинции. Мы участвовали практически во всех акциях АЗа и были, так сказать, наиболее авангардным (или арьергардным, как писала местная пресса) её крылом.

Первоначальную известность я приобрёл как поэт-авангардист, в 2000 году выпустил в Тамбове поэтическую книжку "Novokain ovo", за которую даже стал лауреатом международной Отметины им. отца русского футуризма Д. Бурлюка. В это время я перестал активно писать поэтические тексты и перешёл, как давно мечтал, на крупную прозу. Первый роман "Echo" вошёл в 2002 году в шорт-лист премии "Дебют" и был выпущен издательством "Амфора".

- Когда вторая книжка будет? Как сложилась судьба первой?

- История с книжкой (роман плюс 5 рассказов) интересная. С одной стороны тривиальная, а с другой - уникальная даже. "Амфора" никогда ведь не издавала "дебютовских" авторов. А я им сильно понравился. Сразу предложили контракт на две книжки, уже речь о переводах шла, о публикациях литературных опусов "ОЗ". Естественно, что ни на какие цифры в договорах я не смотрел. После выяснилось, что тираж всего тысяча. Знающие люди стали мне говорить, что тираж-то и не может быть меньше 4 тыс. Потом я стал получать косвенные подтверждения этому - мне писали знакомые, что покупали мою книжку в Новосибирске, в Ростове, в Испании и т.д. Продавалась она тоже по очень высокой цене - в сетевых магазинах, например, 280 р. Издатели сказали, что весь тираж разошёлся быстро, но "по не зависящим от автора причинам" они сотрудничество прекращают. Кажется, на мне и завершилась серия "ПоколениеY". Другие же издательства стали странным образом упрекать в некоем "коллаборационизме с "Амфорой". В общем, ничего не понимаю!

Ещё на "Дебюте" Александр Кабаков мне сказал: первый роман написать дело нехитрое,  самое трудное - второй. Он должен отличаться, показывать развитие автора. Я об этом долго думал, и потом всё же решился на неподъёмное дело - очень большой по объёму и более серьёзный роман. Написать его было - всё равно что построить Кремль из спичек! 500 страниц формата А4, усложнённая композиция, и самое главное - сопротивление материала - крайне тяжёлые воспоминания…

Это было в начале 2004 года, существование моё было в полном кризисе, и так получилось, что я практически уверовал в мысль, что в этом году я умру, или могу умереть. Опыт смерти сродни тому, что пережил Достоевский на плацу - только у него было очень остро, поскольку это длилось, один день, а у меня - намного слабее конечно, но зато весь год - каждый день, каждую ночь… Через два года я всё же поставил в этом тексте последнюю точку! Но, видимо, перестарался: издатели говорят, что "по гуманным соображениям" напечатать текст такого объёма не могут. Современный молодняк накропает кое-как сотню страничек - и это уже роман, крупная форма! А такую рукопись даже профи читать не решаются! Хотя от них постоянно слышно, что не хватает де нового "Это-я-Эдички" или большого социально-психологического романа. У меня вот всё реализовано, правда своеобразно, конечно. По сюжету лав-стория почти один-в-один шаргуновский "Малыш наказан", - но по воплощению…

Впрочем, самореклама уже надоела. Польское издательство вот заинтересовалось, но тоже пошло на попятную. Короче, там две части - по сути, два романа, очень рекомендую. А недавно я ещё повесть написал небольшую - "Дью с Берковой". У неё даже отчасти коммерческий такой статус. Хотя с другой стороны, были отзывы, что это прям новые "Москва-Петушки".

- Что там с группой "Общество Зрелища"? Не находишь, что это фиговое название для группы?

"Общество", как мы выражаемся, постоянно находится "в периоде полураспада". Оно существует только в момент воссоединения двух или более соавторов в творчестве. О\'Фролов живёт то в Тамбове, то в деревне, я - то в Москве, то в деревне своей… Недавно вот отметили 10-летие группы, а оптимизма, однако, мало. Я сейчас работаю (первый раз в жизни - до этого нигде не работал!) в Раменском. Экстремальный образ жизни в Тамбове довёл меня до ручки, и я уж совсем не знал, как выжить. Помог мой друг Ваня Аксёнов - пригласил к себе в Подмосковье. Тут мы с его отцом основали рекламную газету "Себе и сильно" (называется, кстати, ключевой фразой из упомянутой повести - такой постмодернистский прикол!), где я и обретаюсь.

Название наоборот кажется мне самым лучшим - из тысяч названий групп, которые я знаю. Мне нравятся серьёзные названия, в которых проступает нечто метафизическое или религиозное - "Гражданская оборона", Ministry, Current 93, NIN, Faith No More.

Если же ты имеешь в виду биографию Ги Дебора, автора трактата "Общество Зрелища", что он и его друзья покончили с собой... С точки зрения его философии, это был последовательный поступок. Думаю, противостоять этому может только христианское мировоззрение, которого мы, как ни странно, стараемся в последнее время придерживаться. Радикализм и нигилизм заводят далеко, но у нас ведь изначально было несколько иное понимание названия (хотя и деборовские коннотации не отрицаются) - что мы, творцы "явлений" искусства, и есть зрелище для общества, способное его спародировать и изменить. Это ближе к концепции реального искусства Хармса - с верой в магическую силу оного.

Литературное и музыкальное наследие "ОЗ" тоже не востребовано. Только хорошо идёт в палёных дисках и в Интернете.

- Что делает твоя биография на сайте "Гей.ру"?

- Да уж,  упрёков в не понять откуда взявшемся "пидорском лобби" мне избежать не удалось! В каталогах журнала "Квир" по сей день, по-моему, среди фаллосов, смазок и тематических книг печатается и обложка моей. Тут всё просто: полное название ресурса - "Российский портал геев и лесбиянок", а у меня, как помнишь, чуть ни во всех произведениях муссируется сапфическая  тематика. Я бы посотрудничал с что ни на есть женскими журналами и сайтами - у меня вот, например, есть эссе о горячо любимой группе "Тату".

- Книги успеваешь читать? Или только писать? Что ждешь от литературы в новом году? И от кого именно?

- Я люблю русскую литературу. Читаю её, но довольно мало. Непонятен мне пиетет, с которым наши читатели и издатели относятся к западной литературе. Плодят переводы, широко издают даже незначительных писателей. Меня вот постоянно сравнивают с Миллером, Буковским, Берроузом и особенно с Уэльшем. Только после этого я прочёл по одной их книжке - и совсем не в восторге. Из общеизвестных авторов я бы предпочёл сравнение с Палаником.

- На кого ориентируешься в современной литературе? Есть столпы? Вообще жива ли классическая русская литература? А западная? Да и вообще - само понятие "классическая" - оно что значит для тебя?

- Философ Подорога в книге "Мимесис" (часть 1) развивает концепцию, что есть две русских литературы: простая и "другая". Другая - это Гоголь, Достоевский, Белый, Платонов, Введенский и Хармс. Странные люди даже для писателей. В моём восприятии давно составился именно этот ряд, и себя и "ОЗ" я всегда  мыслил как продолжение оного. Набокова вот чем больше я изучал, тем меньше он мне стал нравиться. Из Толстого иногда могу почитать, из Горького, Шишкова даже - всё лучше, чем современная легковесная, несерьёзная какая-то дребедень или заведомый закос под Запад.

Однако современную я тоже очень люблю.

- Кого-то знаешь из нового поколения русской литературы? Новикова, Гуцко, Сенчина, Шаргунова, Кочергина, Орехова?

- Я зарекался покупать книжки "Амфоры", но постоянно нарушаю это правило. Когда вот с Крусановым хряпал в питерских коммуналках водочку, я и не знал, что он такой крутой писатель. Недавно купил его "Ночь внутри" за 29 руб. и поразился. У нормальных писак на такое несколько томов уходит, - а у него сага на 120 страничек и никак не в ущерб содержанию! Или, например, очень сильно понравился роман Олега Постнова "Страх".

Не брезгую и Пелевиным с Сорокиным. По мне, это выдающиеся авторы, остроумные в широком смысле этого слова.

Из молодых прозаиков, на мой взгляд, интересны малоизвестные. Наташа Ключарёва (роман "Россия: общий вагон", опубликованный в "Новом мире"), Марианна Гейде, более известная как поэт, Витя Iванив из Новосибирска, О\'Фролов тот же.

- Вообще твои книги должны что - ошарашить, обрадовать, заставить подумать? Или вообще ничего никому они не должны?

- Мне понравилась фраза Василия Аксёнова, что  настоящая литература должна будоражить. Точное слово. Или Чупринин приводил такую формулу от современного читателя: чтоб цепляло, но не грузило. Я стараюсь сделать так, чтоб цепляло сразу, был интерес, драйв, а грузило-то уже исподволь, где-то в подсознании, когда-то потом всё всплывало и влияло.

- Что первично в творчестве? Донести мысль? Сделать сюжет? Или просто дурака валяешь?

- С набоковской позицией, что писатель никому ничего не должен, не согласен. Писатель, в моём представлении, должен быть не от мира сего, но в мире - фигурой влиятельной. Только влияние его творчества на умы (в том числе, на собственный) не столь однозначно, как, допустим, у мыслителя, политика, журналиста или рекламщика. А тех, кто "чисто валяет дурака" или для кого "литература - тире - хобби", надо из неё гнать поганой метлой!

- Какой бы свой текст ты  хотел экранизировать? Кому роли доверил бы? Кто режиссером стал бы?

- У меня сразу была идея экранизировать "Echo". Мои тексты и пишутся как кинематографические, отчасти даже под влиянием манеры Тарантино. Роли самих себя мы бы и сами исполнили - других таких колоритных персонажей не найти, и навыки есть - ведь добрая половина записей "ОЗ" суть не совсем музыка, а своего рода радиоспектакли. Нужен молодой талантливый режиссёр, и чтобы я был сорежиссёром или как-то участвовал в процессе. Это была бы "Лолита" нового времени - и одновременно "Бойцовский клуб".

- Какие газеты, журналы, сайты читаешь и почитаешь? И с каким чувством?

- Стараюсь не читать и тем паче не почитать.

- А с каким чувством смотришь ОРТ и РТР?

- ТВ смотрю постоянно, только ночью, конечно же. Для меня это главное изобретение человечества, максимально возможная "вторая реальность". Интернет с его свободой - пока раздутый пшик. По 1-му смотрю "Теорию невероятности" и программу "Время".

Последнюю из эстетических соображений: мне нравится Екатерина Андреева. По РТР все ведущие отстойные.

- Надо ли политикам слушать писателей и журналистов? Памятуя о том, сколько бреда они произнесли и написали в последние 20 лет?

- Смотря каких. Гениев они всё равно не поймут, а журналисты, как правило, всё опошляют.

- В чем главная проблема современных молодых писателей? Писать некогда? Писать не о чем? Денег не платят?

- Писатель писателю рознь, особенно когда молодой. И люпус эст - тоже ведь проблема.

- Будущая жизнь - только литература? Что-то иное представляешь в своей судьбе?

- Литературу не могу планировать - как и жизнь.

- Мечта?

- Лет 10 тому у меня было такое изречение: если в 20 лет ты не гений, значит ты не гений! Теперь, приблизившись уж к тридцатнику, могу с боязнью, но тем не менее и с иронией, перефразировать его: если в 30 ты не рок-звезда…

- Политические взгляды есть у тебя? Как тебе нынешняя политическая элита? А спрогнозировать политическую ситуацию можешь?

- В. Сорокин (цитирую): "А что такое политика? Если бы была партия, которая гарантировала мне хотя бы через пять лет искусственные крылья, например, или жабры, тогда - другое дело! А что может партия гарантировать? Ведь Россия - непредсказуемая страна". Меня больше интересует внутренний мир людей и как он проявляется внешне - культура. Была идея написать своего рода "Майн кампф" нео-дебордизма с названием "На кол всю попсу!", но все теории в руках большого количества людей на практике приводят к плачевному результату, так что ограничимся пока менее однозначными текстами.

Беседовал Захар Прилепин

Купить книги:

               

 

Соратники и друзья
Сергей ШаргуновНовая газета в Нижнем Новгороде Нижегородская люстрация

На правах рекламы: