Захар Прилепин: в поисках черной обезьяны

Захар ПрилепинПолные «обезьянники», африканские бунты, армейская дедовщина, лаборатории по исследованию преступников — сходящий с ума человек, превратившаяся в ад страна. Таким предстаёт пространство романа Захара Прилепина «Чёрная обезьяна». Из настоящих обезьян здесь — невзрачная пластиковая игрушка, которую горе-отец покупает детям. Так что прямо об обезьяне напоминает только название. Что неудивительно, ведь Прилепин населил невидимым обезьяньим войском каждую страницу.

Захар Прилепин: Не думай о белой обезьяне!

Герой — журналист, интересуется криминалистикой. Его допускают в секретную лабораторию, где изучают биологические отличия преступников. Там же он видит детей. А тут ещё узнаёт новость о том, что в соседнем городе Велимире банда детей младше 10 лет вырезала целый подъезд. Герой начинает расследование, которое то и расследованием назвать сложно – так, играми разума. Что это – психологическая драма, или стоит отбросить готовый сюжет, чтобы увидеть новый?

Известная пословица гласит: «Не думай о белой обезьяне!» Подумаем-ка лучше о чёрной. Роман Захара Прилепина «Чёрная обезьяна» появился на свет в 2011 году и успел побывать в коротком списке литературной премии «Русский букер». Ещё этот роман, а по определению самого автора — повесть, стал лауреатом премии «Национальный бестселлер».

С названием романа связана смешная история. Когда Прилепин был в Англии, к нему подошёл негр, отлично говоривший на русском. «Он говорит: «Я читал твои книжки, они отличные, почти все читал. Ты новый роман написал?» Я говорю, что да, написал. Начинаю рассказывать, что часть действия происходит в Африке. Он спрашивает: «Как называется роман?» Я отвечаю: «Черная обезьяна». И за столом наступает жестокая тишина… На следующий день мы снова встречаемся и негр спрашивает: «Захар, я надеюсь, вы не расист?» Я начинаю сбивчиво объяснять, что там у меня разветвленная метафора, что людей заставляют черные чулки надевать на голову, и вот поэтому они похожи на черных обезьян… Он говорит: «Все-все-все, я понял, прости меня, Захар. Мы, выросшие в Сормово, все понимаем».

… Говорят, нет ничего хуже, чем столкнуться в джунглях со стаей обезьян. Они беспрекословно слушают вожака, но вводят в заблуждение большим сходством с людьми. Вступать в диалог с ними бесполезно. И человек, и обезьяна проходили одинаковый путь развития, но когда и отчего остановилось внутреннее развитие обезьян? Похожим образом рассуждает и главный герой, но только о себе: «Когда я потерялся — вот что интересно…». Вырывается он в сторону «недобытия, где всё объяснят». С приставкой «недо» появятся дети. «Недоростки» — это что-то среднее между подростками и недорослями. Но если недоросли ещё не доросли, то в случае с недоростками взывать к благоразумию не приходится.

В лаборатории, похожей на тюрьму, изучают преступников. Здесь находится известный чеченский террорист Салман Радуев, якобы умерший, убийцы, насильники. И дети — недоростки. Говорят, у этих детей есть специальный гормон в крови, делающий их равнодушными к людям. Дети могут убивать, потому что не чувствуют чужой боли. Таково постмодернистское понимание детей: из добрых ангелов они превращаются в злобных демонов. Первая вставная новелла рассказывается от лица сына писаря. Детей называют «малыми людьми», и эти малые люди хладнокровно убивают жителей города: «Они не умеют воевать, не умеют брать стены, ничего они не могут… Но у них нет страха, никакого…»

Кто и когда навредил им, хочется спросить. Объясняет это другая вставная новелла, которая содержательно не связана с первой. Здесь речь идёт о чернокожих детях, которым предложили «поиграть в войну» — а попросту купили подарками. Дети оставляют родителей и идут на баррикады. В их поведении — тоже ни тени страха. Одного из детей-повстанцев зовут Президентом, а возглавляет детское войско мальчик по имени Господу Видней. Эту фразу — «господу видней» мальчик кричал тем, кого собирался убить. Увы, до сих пор в мире преступления оправдываются разрешением религии. Рассказанные выжившим мальчиком вещи заставляют содрогаться: «В другом селении мы освежевали застреленную Президентом дикую козу, и недоростки стали спорить — так ли всё у человека внутри, как у козы, или нет. Тогда Президент пригнал из одной хижины еще не убитого человека. Мы застрелили и разрезали его. Долго сравнивая, смотрели в животы, но ничего не поняли и стали есть козу»…

Отчего люди идут воевать? Ответ на этот вопрос — в следующем воспоминании журналиста. Он рассказывает о неком Верисаеве – художнике, с которым главный герой вместе служил в армии. Там стыдно было упоминать о своих талантах, увлечениях. Армии нужны были люди, способные беспрекословно выполнять приказ — к чему здесь креатив? Однажды «дед» Филипченко придумал изощрённую «забаву» — заставлял солдат надевать чулки на голову. За то, что Верисаев отказался это делать, его избили. Людей, испытанных жестокостью, озверевших, горящих желанием отомстить, можно было посылать на любые задания. Впоследствии профессор говорит не имеющему имени главному герою: «Вот сейчас говорят, что призывной возраст надо повышать. Ерундой занимаются! В двадцать пять лет уже никто не будет воевать как в восемнадцать… Идеальный возраст, чтобы убить и умереть».

Захар Прилепин: Где черная обезьяна зарыта

Тем временем главный герой романа облекает в слова всё, что видит на улицах. На серых улицах можно встретить гастарбайтеров. О том, как город пережевывает приезжих, автор рассуждает так: «Лица как печеные яйца, руки грязные настолько, словно они спят, закапывая ладони в землю. Где ж они могут работать, такие неживые? Всё, что можно с ними сделать, — бросить в яму, даже не связывая». Так живут социальные низы. Живут — и, подобно главному герою, постепенно сходят с ума.

Меткими штрихами рисует Прилепин образ Шарова — человека из правительства. На первый взгляд, умный и целеустремленный, умеет себя преподнести и не замешан в скандалах. Напротив, занимается расследованием преступлений. Однако вторая сторона медали – отнюдь не привлекательна: «Шаров мог знать о том, что министр образования нездоров психически, министр внутренних дел причастен к торговле человеческими органами, а министр финансов на личном автотранспорте задавил насмерть женщину, — и не сделать ни малейшего движения во имя наказания этих людей».

По-другому описывает Шарова его подчиненный Милаев: «Шаров понимает, сколь огромна его роль на путях Божьего промысла». Из дальнейшего рассказа оказывается, что Шаров умышленно держит беспризорников «в городских джунглях» — якобы чтоб их гнилой внутренний мир проявился здесь, под наблюдением злостных стражей порядка. «Знаешь, что первым делом он изучает утром? Сводки о подростковой преступности!»

Действительно, неплохо иметь на службе людей, которыми можно управлять командами, не имеющих моральных принципов. Страшно подумать, что станет с городом, если озверевших преступников выпустить из лаборатории, в которой они содержатся. И, словно раскрывая эту идею, Милаев говорит о том, что, может, «он хочет набрать самых отмороженных и отправиться с ними в крестовый ход».

Интересна аллюзия на «духовность» Шарова — «с духовником общается больше, чем с президентом». Велемир Шаров имеет реального однофамильца — только под именем Владимир, автора книги «Будьте как дети». Там и тема крестового похода присутствует, и пародия на роман Достоевского «Бесы».

Ещё раз этот «воцерковленный» Шаров проявляется в разговоре с журналистом. На вопрос, зачем ему дети, он отвечает, что хочет написать книгу — «если достоевское помножить на нейрогенетику». Ну как тут не вспомнить Шаровские подражания Достоевскому?

Прилепинский Шаров идёт дальше, чем его прототип из реальной жизни – он не просто решил натравить детскую орду на «ещё больших уродов» — он пишет книгу. Журналист считает, что благороднее было бы просто уничтожить всё существующее, чем творить историю и записывать её для потомков. Тема разрушения прозвучит в тексте не раз — вот уже и жена героя, попавшая в сумасшедший дом, говорит: «Кто бы пришёл и убил нас всех?» Убил — вместо освободил.

Роман на все времена

Первая ассоциация со словом «обезьяна» в социальном контексте — это «обезьянник». Через камеры ИВС различных подразделений милиции за год проходит около 6 миллионов человек. И если считать, что каждый четвёртый мужчина имеет клеймо судимости, то резонно предположить, что в руки милиции попадал каждый второй. Грубая мужская проза Прилепина — просто случайность?

Постмодернистские толкования подразумевают выворачивание вечных истин наизнанку. Будет отталкиваться от той же обезьяны. В одном из японских городов — Никко — есть статуи трёх обезьян. Они являются воплощением буддистской идеи отказа от зла. Первая обезьяна закрывает лапами рот, вторая — глаза, третья — уши. Слова «Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего не говорю» относятся к отказу принимать злое. Современные «обезьяны» так же не говорят о плохом — или попросту замалчивают его. Только зла в современном государстве меньше не становится.

Ася Шкуро, "Хороший вкус" - 18.03.2015 г.

Купить книги:

               

 

Соратники и друзья
Сергей ШаргуновНовая газета в Нижнем Новгороде Нижегородская люстрация

На правах рекламы: