Русский писатель — не человек с тонкими ножками

Захар Прилепин всё-таки ушёл на войну. Майор республиканской армии, политрук. Вместо привычных двух телефонов в руках — карты, на поясе — «Тульский Токарев», он же ТТ. На фотографиях хмур, подтянут, переодет в новую военную форму установленного образца. Захара я знаю не только как одного из самых выдающихся мастеров словесности, но и как товарища.

И, как товарищ, я его выбор понимаю и немного завидую: мои визиты в мятежные республики были куда скромнее командования батальоном. А тут он, большой русский писатель, бросил ремесло, сказал, что романами заниматься скучно, и уехал освобождать города недалеко от границы с Россией.

Интеллигенция (большинство, как у нас принято, либеральных взглядов) крайне возмущена: «Как это вдруг писатель, человек, работающий со словом, взял в руки оружие?», «Фашист Прилепин больше не интеллигент!» Оппозиционер Дмитрий Гудков с печалью замечает: «Были писатели прогрессивные и реакционные. Теперь писатели — с винтовкой и без»

Так же когда-то пеняли Эдуарду Лимонову, который добровольцем уехал в Книнскую Краину защищать сербов от подогреваемых немцами свирепых хорватов.

В фильме, снятом ВВС, есть кадры, когда писатель стреляет в сторону Сараева из пулемёта, что не только возмутило, но и потрясло тех, кто представляет себе писателя как человека с тоненькими ножками, который бегает и кричит на каждом углу, что он вне политики. Теперь и Захар, не заглядываясь на возмущение деятелей культуры, спокойно сложив вещи, поехал в Донбасс, сменив на время писательскую профессию на более раннюю — солдата.

Кто не знает, Захар Прилепин — бывший боец ОМОНа, участник первой и второй чеченских войн, своё видение которых он отразил в сильном романе «Патологии». Сам он признавался, что там понял, что на войне человек может преодолеть себя, рамки своего понимания вещей. В русской литературе не редкость, когда писатель брал в руки оружие и уезжал защищать рубежи Отечества.

Они сражались на Бородинском поле в 1812-м и вступали победителями в Париж, подавляли пугачёвский бунт и восстание в Польше, аннексировали Финляндию, воевали со Швецией, ехали служить на Кавказ. Это и Пушкин, и Лермонтов, и Державин, и многие другие. Для лютого времени это было обычным делом, не вызывающим отторжения или грубой сенсации.

Сегодня у нас, в русской интеллигенции, преобладает другой тип: им кажется, что русский писатель — это такой Иисусик на тонких ножках, хиппи, демократ и толстовец. Он, конечно, всегда за мир. И очень часто — демократ, выступающий за внешних врагов России. Для такого Кремль — враг, Родина — смерть, оружие — врагу. Самые честные из них, как Макаревич или писатель Шишкин, сразу едут к врагу и клянутся в своей лояльности.

Это всё сформировало устойчивый миф, что писатель не имеет морального права сражаться. Существует даже расхожая фраза, что творцы — всегда вне политики, а уж классики русской литературы — первые в этом ряду. Но парадоксально: литераторы большого масштаба первыми показывали патриотический пример.

Сегодня эта сторона их жизни замалчивается, что лишает русских классиков выпуклости, объёма: сложно объяснить многие поступки, не обращая должного внимания на взгляды и принципы мэтров русской литературы. Захар Прилепин в этом смысле только продолжает старые традиции, где писатель был обязательно патриот. А патриот обязательно защищал Родину.

Евгений (в такой ситуации назову его так, настоящим именем) сделал свой выбор в пользу тех, кто нуждался. Ну лишится книжной премии в Берлине, не съездит на книжную выставку в Париж — мир не рухнет. А вот осуждать не надо. Будем работать, будем жить.

Игорь Молотов
«RT на русском», 13.02.2017

Купить книги:

               

 

Соратники и друзья
Сергей ШаргуновНовая газета в Нижнем Новгороде Нижегородская люстрация

На правах рекламы:

Специальные грузовики в ангарске www.fuso-irk.ru.