ЗАЯВКА НА ДИКТАТУРУ

Или почему Авен хватается за пистолет

Олигарх Петр Авен опубликовал в журнале для узкого круга "Русский пионер" некий трактат, который в среде продвинутой Интернет-интеллигенции был воспринят как очередной манифест "новых русских". Какой же мессидж наших толстосумов скрыт за художественными "загогулинами" авеновского манифеста? Сами по себе духовные искания новорусских банкиров вряд ли привлекли бы к себе широкое внимание. Все основные тезисы были высказаны Мальтусом и Спенсером еще в позапрошлом веке, причем несравненно более ясно и художественно, чем это сделал Авен. Такие азы социал-дарвинизма — давно пройденный и обсужденный материал, достояние истории. И если сегодня в духовное пространство России вбрасывается "манифест" социал-дарвинизма, то на него следует обратить внимание исключительно в контексте наших реальных общественных процессов.

"Тезисы" Авена выражают установки, идеологические клише и намерения влиятельной и агрессивной социальной группы российского общества и представляют интерес именно как декларация. Важен её смысл, который и надо извлечь из "манифеста", очистив от словесной шелухи.

"Манифест" недаром появился буквально накануне президентского Послания. В условиях разворачивающего мирового финансового кризиса было очевидно, да и президент это не раз подтверждал, что Послание в значительной части своей будет посвящено государственным мерам по преодолению кризиса и социальной поддержке населения. Ведь согласно статье 7 Конституции Российская Федерация — это социальное государство, которое обеспечивает свободное развитие человека и при этом устанавливает гарантии социальной защиты.

Не могли тут олигархи промолчать: на кону огромные деньги, а президент того и гляди начнет раздавать какие-то обещания населению. Плевать им на мораль, на закон, на конституцию. Для них каждый, кто требует "гарантий социальной защиты" и "улучшения материального положения", — это лузеры, люмпены и социалисты.

Вот и решено было предъявить ультиматум. Авен — всего лишь парламентер, который подошел к нашим позициям и на копье протянул эту грубую и наглую грамоту. Подробно разбирать её нюансы — это лишь затуманивать главный смысл.

Авен говорит от имени тех, кто сколотил баснословные состояния в ходе "реформ", ввергнувших в нищету большинство населения. Как бы ни относиться к этой общности, смеющей называть себя "элитой", надо признать, что она — не россыпь индивидов. Это сообщество. Более того, это сообщество сплоченное и организованное, хотя и разношерстное. Там, среди загоревших на альпийских курортах банкиров и прихватизаторов наших недр, раздувшихся от важности чиновников администраций разного уровня, теледив и попсы, мелькают отдельные лица академиков и лирических поэтесс. Бычьи шеи солидной братвы и держателей общаков перемежаются с лицами вдов, жен и подающих надежды деток губернаторов и мэров. Это межклассовый интернационал паразитов.

Именно благодаря своему мировоззренческому единству и организованности это сообщество смогло захватить и собственность как источник экономической власти, и СМИ как источник символической власти. Обладая рычагами экономической и символической власти, видимая верхушка "сообщества" стала полноправным участником политической власти. Какие бы крутые "силовики", "бюрократы" или "патриоты" ни заседали в Кремле и в Генштабе, выпутаться из паутины этого симбиоза — в рамках той общественной системы, которую приняли от Ельцина и которую охраняют, — они уже не могут. Эксцессы вроде "дела ЮКОСа" — лишь инструмент "оптимизации" такого симбиоза, а не его отрицание.

Поэтому "манифест" Авена надо воспринимать как декларацию всего этого "сообщества", вообразившего себя коллективным хозяином России. Теперь, когда за два срока Путина произошла притирка между "силовиками" и "олигархами", "сообщество" объявляет населению рамочные нормы того жизнеустройства, в котором этому населению предстоит жить — если, конечно, оно не организуется, чтобы хоть как-то расширить его рамки.

Что нам объявляется в "манифесте Авена"? Прежде всего, разрыв негласного общественного договора, на основании которого население, пусть со скрипом, но приняло реформу. В начале 90-х лично Ельцин и вся президентская рать, от академиков до поэтов, просили население перетерпеть трудные времена. Ельцин даже говорил о "нескольких месяцах", но что с него возьмешь. Потом придворные писаки стали называть период необходимого долготерпения "обозримым будущим", что подразумевало одно поколение. Для детей 1992 года год 2008 уже находился за этими рамками. Тот компромисс понимали как образ будущего после долготерпения. Формально он был закреплен в конституции 1993 г., где Россия была объявлена социальным государством.

Теперь, когда "властная вертикаль" отстроена, а поток нефтедолларов начинает иссякать, "хозяева" разрывают контракт. "Лузерам" недвусмысленно указывают на их место в российской "новой античности" и предъявляют новый образ будущего. Маски сброшены. Пока простаки потуже затягивали пояса в надежде на светлое будущее, их попросту загнали в "зону". Не будет вам никакого социального государства! Его, мол, даже на богатом Западе демонтировали, что уж говорить о России, которая вся кормится от "трубы". При грядущем кризисе ликвидности всякие разговоры о социальном государстве — это "левизна, разрушение, социализм".

Авен признает, что в большей части мира этот вирус (левизны, разрушения, социализма) кажется непобедимым, но в России его удалось на время парализовать. И толстосумы наши надеются, что их спокойная жизнь обеспечена, а там хоть трава не расти. Авен предостерегает тех, кто не принимает порядка, установленного "сообществом" в России. "С тем, что мир наш сегодняшний не вполне совершенен, я спорить не собираюсь. Но вот эти умозаключения о невозможности нормального в нем существования и революции — тут уже моя рука тянется к пистолету".

Авен определенно ревизует смысл Конституции, которая в 1993 г. стала документом, закрепившим социальное перемирие. В манифестах важна фразеология. Устами Авена наши "демократические" олигархи заговорили нацистскими штампами — у Геринга и компании рука тянулась к пистолету при одном слове "культура". Наши оказались культурнее: книг не жгут, хотя наставник Авена Чубайс в непереносимости Достоевского признавался публично.

Какова будет реакция президента на тянущуюся к пистолету руку Авена в контексте Послания Федеральному Собранию? Ведь там президент заявил: "Считаю своим долгом предостеречь тех, кто надеется спровоцировать обострение политической обстановки. Мы не позволим разжигать социальную и межнациональную рознь". Собирается ли власть реализовывать это "предостережение" полностью или избирательно, а именно — со стороны неимущих? Ведь "манифест" Авена и есть самое настоящее и сознательное разжигание имущими социальной розни. Если вдуматься, то Авен предпринял редкостный по наглости демарш. "Равноудаленные" олигархи фактически уже не стесняются обращаться с президентом как с нанятым ими "менеджером".

Справедливости ради надо сказать, что это "демократическое сообщество" с самого начала не собиралось следовать общественному договору. Да, нация поверила мошенникам, за что теперь и расплачивается. Но это мошенников не оправдывает. Один из идеологических прорабов реформы писал в 1992 году в "элитарном" тогда журнале "Век ХХ и мир": "Поначалу в реформированном мире, в оазисе рыночной экономики будет жить явное меньшинство наших сограждан ("может быть, только одна десятая населения")... Надо отметить, что у жителей этого светлого круга будет намного больше даже конкретных юридических прав, чем у жителей кромешной (то есть внешней, окольной) тьмы: плацдарм победивших реформ окажется не только экономическим или социальным — он будет еще и правовым... Но для того, чтобы реформы были осуществлены хотя бы в этом, весьма жестоком виде, особую роль призвана сыграть армия... Армия в эпоху реформы должна обеспечивать порядок. Что означает реально охранять границы первых оазисов рыночной экономики. Грубо говоря, защищать предпринимателей от бунтующих люмпенов. Еще грубее — защищать богатых от бедных, а не наоборот, как у нас принято уже семьдесят четыре года. Грубо? Жестоко? А что поделаешь...".

Так и есть. Авен, чуть ему что не нравится, тянется к пистолету, а войска должны быть наготове — "защищать предпринимателей от бунтующих люмпенов". Пока мы "доедаем" советское наследство (алмазы и нефть с газом), никто не бунтует. Парализован пока "вирус левизны", пасутся мирные народы…

А пока народ безмолвствует, олигархи устами Авена еще вздумали читать людям мораль. Казалось бы, наши миры разделены и почти не пересекаются, ну и фарисействуйте в своих коттеджных гетто! Это разделение — условие хрупкого социального перемирия. Если полезете со своими проповедями к ограбленным вами людям, это, по выражению Д.А.Медведева, "спровоцирует обострение политической обстановки".

Авен, видимо, полагает, что право на менторский тон подкреплено у него тугим кошельком. Раз богатый, то уж, наверное, умный. Кроме кошелька, ничего за этой публикой нет: ни совести, ни труда, ни идеалов. Да и кошелек-то нелегитимен, что год за годом подтверждают исследования и ВЦИОМ, и западных социологов. Да они и сами это прекрасно знают — иначе не вкладывали бы деньги в бесконечные виллы и яхты, не отправляли бы детей и внуков учиться и жить за границу. Не на что им опереться в разговоре с честным человеком, нет авторитета, на который могли бы сослаться. Это люмпен-буржуазия, бесплодная и примитивная.

В середине 90-х годов еще теплилась иллюзия, что эти отпрыски номенклатуры и теневиков пустят срезанные у народа кошельки в дело, как вложили в производство "первоначально накопленный" капитал протестанты. Те в значительной мере отмыли со своих долларов "следы грязи и крови". Но наши люмпен-буржуа пошли по другому пути. Кто растлил чиновников взятками? Кто отправляет тысячи девушек в секс-рабство в бордели Марселя, Стамбула и Бангкока? Кто расплодил в России мафию педофилов? Обслуживающая олигархов преступная прослойка. Они построили систему, при которой происходит более 30 тысяч убийств в год, еще 20 тысяч человек пропадают без вести, а 60 тысяч (население целого города) из-за полной утраты надежд на будущее и смысла жизни совершает самоубийства.

А главное, даже собственниками они оказались никчемными. Когда они толкались, как свиньи у корыта, при дележке нашего национального достояния, весь мир смотрел на них с брезгливостью. А чем сегодня могут похвастаться Авен и его "соратники"? Что они сделали своими руками, что изобрели? Почти двадцать лет не могут слепить мало-мальски приличную финансовую систему. Одни пирамиды, долги и оффшоры. В производстве и того хуже. Получив обустроенные, на пике мощности, месторождения, умудрились в четыре раза снизить производительность труда и хищнической добычей истощить нефтяные скважины. Про высокие технологии и инновационное развитие и говорить нечего. С такими "эффективными менеджерами" мы уже почти скатились на уровень Африки. Потому и не получила легитимности их собственность.

Творческая импотенция, антиинтеллектуализм и ненависть к труду нынешнего "сообщества собственников" губительны для России. Циолковский в философской антропологии Авена — "лузер", а его современник, спекулянт керосином — соль Земли. Если бы такая философия была принята всеми, мы бы и сегодня сидели у керосиновой лампы. Но ведь в том, что эта философия уже два десятилетия господствует в России — прямая вина государства с его средствами культурной гегемонии. Ведь именно власть в России репрессировала истину и совесть и заключила позорный пакт с "коллективным Авеном".

Вспомним вехи на пути этой власти. 1992 год — украдены сбережения граждан, хранящиеся в государственном Сбербанке со всеми гарантиями, в размере около 500 млрд. долларов. Даже когда в последние пять лет пролился дождь нефтедолларов, украденное не стали возмещать вкладчикам даже в символических размерах. 1993-1995 годы — украдена и разделена среди "комсы и фарцы" народная собственность, 95% которой было создано трудом советских поколений. Экспроприирована без всякой компенсации! 1998 год — провернута огромная афера под кодовым названием "дефолт", разорен весь средний и малый бизнес и разворована государственная казна.

Отправили на пенсию "сгоревшего" Ельцина — и что изменилось? Говорили о "борьбе с бедностью" — и углубили расслоение общества. Говорили о "доступном жилье" — и организовали запредельный, бессмысленный всплеск цен на жильё. Говорили о восстановлении "реальной экономики" — и устроили в стране тупое потребительство, как пир во время чумы.

Авен, который размахивает пистолетом, защищая наворованную собственность от тех, кого обокрали, — не клоун. Он — плоть от плоти того когнитивного диссонанса, который у нас везде и всюду. Чествуют ветеранов — и тут же проводят монетизацию льгот. Пускают слезу на могиле организатора беловежского сговора Ельцина — и тут же рвут на груди рубаху с криком "Севастополь — русский город". Играют по правилам, заданным США, вкладывают в их разоряющиеся ипотечные компании наши резервы — и тут же обвиняют Америку в кризисе ипотеки. Говорят о защите вкладов населения в банках, а на деле спасают людей в костюмах от Brioni. Получают благословение православного Патриарха — и провозглашают лозунги, достойные фанатиков кальвинизма. Пугают банкиров, "вывозящих капиталы" и запускающих лапу в "денежные сбережения граждан", — и тут же оформляют банкротство банков, оставляющих не только без сбережений, но и без зарплаты целые предприятия, зато оформивших на оффшорные подставные фирмы многомиллионную недвижимость в центре Москвы…

И при царях с помещиками, и при советской власти россияне жили не слишком зажиточно, но прирастали числом и постепенно улучшали свою жизнь. Срыв произошел, когда приняли на свою шею авенов и компанию с их смыслами жизни, где высшим приоритетом является поклонение "золотому тельцу" ("яхте Абрамовича"). Желание приобщиться к этому идолу должно стать всеобщим и всепоглощающим, оно должно выжечь в нас совесть, которая толкает сострадать и помогать ближним. На это сегодня работают телевидение и пресса, искусство и школа. Как сказал философ о новых хозяевах жизни, "у них банки, у них биржи, а теперь у них и наше подсознание".

И какую же помощь получает население от государства в этой духовной гражданской войне? Никакой. Иногда поохают над нашей судьбой церковные иерархи. И на том спасибо, их соболезнования вливают в нас силу. А где же пресловутая Доктрина информационной безопасности? Где гарант, охраняющий наше достоинство и границы нашего духовного пространства? А примени мы средства самозащиты — на чьей стороне окажутся надсмотрщики культуры, все эти швыдкие с ерофеевыми? Признают ли они за "лузерами", которым предложено вымирать, право на сопротивление преступным замыслам "коллективного авена"?

Ведь как только возникает малейший конфликт интересов, наша власть однозначно становится на сторону последнего, даже когда он попирает закон и права граждан самым наглым образом. Как бесстрастно смотрели этим летом власти на обманутых "авиакомпаниями" пассажиров с детьми, которые по нескольку дней мыкались в аэропортах на каменном полу. Люди купили услугу, заключили контракт с предоплатой, контрагент не выполнил контракта и даже не возвращает деньги — где же "ночной сторож"? Как защищаются права покупателя и законы рынка? Как возмещается ущерб обманутым? Никак! При малейшем их протесте рука авенов "тянется к пистолету". Этот случай — мелочь на фоне прочего? Да, мелочь, но — символическая.

А вот другая символическая мелочь. Лондонский суд описал и обнародовал имущество Абрамовича. Виллы там и сям, строится особняк в центре Лондона, на верфи Германии готовится к спуску яхта длиной 200 м — самый крупный в мире корабль в частной собственности. И заявление Абрамовича: "его не волнует мнение обывателей в России". В одной фразе — тоже целый манифест, адресованный тем, кто, несмотря на умиления российских СМИ по поводу вложения "личных средств" Абрамовича в развитие Чукотки, прекрасно понимает, что все его богатства выкачаны из России, причем самым нелегитимным способом.

При таких символах не может быть никакого инновационного развития в нынешней России, потому что эта "яхта Абрамовича" — плевок в лицо любому творческому человеку, сознательное оскорбление его труда и его жизни. Это знак на флаге Российской Федерации, как автомат Калашникова — знак на флаге Хезболлы. Этот плевок теперь вербально оформлен "манифестом" Авена. В разных знаковых системах, по разным каналам к нам идут одни и те же сигналы.

Рано или поздно их все поймут, как ни пытаются люди оттянуть этот момент, стараясь не видеть и не слышать неприятной для себя правды, чтобы сохранить социальное перемирие. Но делать это всё труднее и труднее, потому что от этих сигналов не отмежевываются ни "элита", ни "партия Президента", ни сам Президент.

Игорь Игнатов, Газета "Завтра" - 47 (783) ОТ 19 НОЯБРЯ 2008 г.

Купить книги:

               

 

Соратники и друзья
Сергей ШаргуновНовая газета в Нижнем Новгороде Нижегородская люстрация

На правах рекламы: