«З.Прилепин и П.Авен: из «бранное»

(к дискуссии писателя и банкира)

Дискуссия банкира Авена с писателем Прилепиным, привлекшая внимание большого числа интересантов, безусловно, того заслуживает. Хотя, по-началу, хотелось от нее отмахнуться: А.С.Пушкин всесторонне, то есть, вполне научно протестировал тему спора в «Разговоре книгопродавца с поэтом». Есть и личные соображения: «скромное обаяние буржуазии» имеет защитников, мягко говоря, более искушенных и подготовленных, чем руководитель банка в развивающейся стране.

Однако, при всем при том, в этой заочной дискуссии отражается старый конфликт между ветхозаветной апологией ростовщичества и реакцией на нее со стороны остальных.

То, что г-н Авен «ответил» (сам, через секретаршу или др. «спец.людей») – очень интересный факт, имеющий серьезную подоплеку. Настолько, что это желание ответить – в научном смысле – гораздо более важный феномен, чем само содержание ответа, которое похоже на все тексты подобного рода. Но г-н Авен, как и большинство «отвечающих» и за него «голосующих», намеренно или спонтанно путает себя с Авелем, обвиняя г-на Прилепина в окаянстве. Поэтому мы, не являясь ни поклонниками творчества г-на Прилепина, ни его идей, тем не менее, голосуем за него.

Да, история стара как мир. Убийство Авеля, положа руку на сердце, было слабомотивированным поступком. И мы как раз живем в такую эпоху: вспомните иракскую операцию.

Кто-что? Некто пообещал кое-кому настучать по тыкве.

Кому – по каким каналам? Изложив свои взгляды на него и деятельность ему подобных в книге.

С каким эффектом? Г-н финансист, видимо, принял обещание на свой счет и обиделся. Или испугался. Или – и то, и другое – и ответил.

В результате мутная тина российской жизни как бы сдвинулась в сторону на отдельном участке бытия, и позволила разглядеть кое-какие контуры дна.

Как мудро заметила еще одна рецензентка - литература вообще антибуржуазна. Добавим – и человечна. Добавим еще: литература работает с единичными фактами, которые, впрочем, свойственны миллионам.

Тут все зависит от таланта разглядеть это «единичное» и проанализировать обстоятельства, ему сопутствующие, что и делает г-н Прилепин.

Г-н Авен же, автор создания «тысячи рабочих мест», узрел в этом не более, чем бунт одного из этих «рабочих мест», который, по его мнению, вызван

а) элементарной завистью г-на Прилепина ко всем наличным «авенам» и

б) исходным лузерством «получившего работу» по отношению к работодателю.

Такой очаровательный переход от сложного к простому – главная черта всех ростовщиков всех времен. И особенно наших.

«Ты всегда будешь должен больше, чем тебе дали». Кто дал-то? Авен, что ли?

Нет, талант Прилепина – не следствие особой миссии Петра Олеговича Авена в России. Хотя, не исключена более глубокая, можно сказать, кармическая связь между ними.

Таким образом, в позициях Прилепина и Авена, в общем-то, отразилась вся наша катавасия. Поскольку эти два абсолютно чуждых друг другу человека, - как отмечает Авен – «классовые враги» (по определению) совершенно диаметрально интерпретируют и бытие, и сознание. В этом, собственно говоря, непреходящая ценность и того, и другого.

При этом им даже в страшном сне не может присниться одна вещь, весьма, впрочем, очевидная: они (оба) – дитяти одной страны и одной системы. Просто государству «авены» нужны больше, чем «прилепины». Хотя и последние пригождаются где-нибудь в dead-line: «прилепин» будет сидеть в окопах, в то время как «авен» будет считать деньги в тылу. Для Большого Брата все это – не дискуссия, а разделение труда. Есть, конечно, и разница: «прилепина» трудно завербовать, даже снизойдя до личной встречи. «Авену» же можно предложить деньги на борьбу с мировым кризисом (умышленно не называем это ни «вербовкой» - ни «покупкой» - эти термины употребляются в ином, переносном смысле).

Просто г-н Авен (и конкретный, и собирательный) в этом споре ведет себя с удушливым лицемерием благополучного отпрыска, который уверяет всех вокруг, что именно он любит «маму» больше. А остальные причиняют ей только неприятности. Ему и в голову не приходит, что его манеры могут выглядеть не менее оскорбительно и противоестественно, чем санькино желание «раздолбать все вокруг». Он полагает, что можно «потоптаться» на православии (это, действительно, «координаты», чуждые ростовщической философии), и бездумно плюнув в колодец, к которому припадали люди, не глупее банкиров, искренне удивляться «разрушительной» реакции на это.

Не хочется называть автора рецензии глупым, но писать о том, что «лень и амбиции» лежат в основе левой идеи, это все равно что искать причину появления детей в сырости или в капусте, или ссылаться на аиста, который их – де принес. Левая идея – удел бедной страны с перекошенной «авенами» системой, которая, при этом, еще и не стесняется демонстрировать небогатой аудитории свои невероятные достижения. (Кто хочет политико-экономической конкретики, может почитать мнение о достижениях г-на Авена у Белковского на АПН).

И г-ну Прилепину, в общем, тоже хочется заметить, что, взяв штурмом здание областной администрации, он будет поставлен перед необходимостью через некоторое время возвести новое здание областной администрации на этом же месте: при этом, часть революционеров пойдет в «авены» (сами или по разнарядке), часть вернется в подпол за самогоном и снова будет думать, как взять штурмом здание областной администрации. И так – без конца.

Так в чем проблема – то?

Тут приходится повторять, что она стара, как мир – и называется диалектикой (что, понятное дело, не может успокоить ни Авена, ни Прилепина).

Хотя, наверное, стоит еще раз объяснить, что Авен (в рецензируемом контексте) существует только в паре с Прилепиным, поскольку последний есть следствие «части» того, что делает Авен… Тезис – антитезис – синтез.

«Авены» нынче создают «тысячи рабочих мест» (все больше – для гастарбайтеров), лишая миллионы других людей недавно бывших бесплатными образования (то есть, возможности передвижения в социальной иерархии), медицины и прочего (в том числе, «бесплатного» участия в социальной жизни, именуемой политикой). Здесь, безусловно, возопят о лукавстве автора и уровне тех «бесплатных» льгот, что были прежде. Правда, при этом забывая, что «авены» и «платное» нынешнее «обслуживание» предпочитают не в своем, а в заграничном исполнении.

Выходит, дело в барьерах, перегородках и пропастях, которые (почему-то?) при всем российском «авенском» прогрессе пролегли между «авенами» и «прилепиными».

Да так, что «авены», анализируя обстоятельства, почувствовали настоящую и неприкрытую угрозу своему существованию. Какая тут диалектика, какой тут синтез? (Кроме ядерно-революционного?).

Остается вопрос к тем, кто настроил этих барьеров? Кто провел все эти сигнализации по периметру, чтобы отгородиться от мира, где носят засаленные свитера, а не «Бриони». Ну, так распускайте охрану и распахивайте ворота «рублевок», что же вы? Чего бояться, если вы для народа ничего, кроме хорошего, не сделали? Или, все-таки… И тут всем ясно, что фигура умолчания больше того, что могут сказать Авен и Прилепин.

Сидеть под охраной в особняке и ждать, когда лишенный смысла народ «подрастет» и «окультурится» для выражения чувства более полной и отчетливой благодарности создателям «тысяч рабочих мест» - это за гранью интеллекта…

Не является выходом и водка с революцией.

Негодование Авена и намерения Саньки у Прилепина – составные части одной системы – и диалектически синтезироваться они могут только в «штурм здания областной администрации». И не только его. Что, видимо, судя по ответу, г-н Авен, наконец, с большим и уже неизвинительным опозданием и усек. Где выход?

Вот тут и загвоздка. Кому-то, все-таки, придется «брать здание областной администрации» - и если г-н Авен не хочет, чтобы следом взяли штурмом его особняк – то как ни парадоксально – начинать придется г-ну Авену. И не за бутылкой, а там, в этом здании встретиться с г-ном Прилепиным, и его «саньками». В цивилизованных странах, о которых любит вспоминать г-н Авен, это будет называться парламентом, который не выводят путем финансово-политического скрещивания удобных особей с нужными креслами (как у нас), а избирают из представителей живущих на данной территории людей – в том числе, из «неудобных» экземпляров. Идеализм? Конечно! «Литература» - безусловно.

Знаменитую формулу г-на Лифшица «делиться надо» большинство г-д «авенов» восприняло буквально и возымело иллюзию, что можно исправить дело какой-нибудь «отмазкой» типа национальных проектов. Увы… Все бы так просто решалось. Просто у г-на Авена вряд ли уложится в голове, что есть вещи «за пределами денег». Они не то, чтобы не покупаются, они в другом измерении. Поэтому теперь, когда столько всего упущено, делиться придется уже не деньгами, а властью. Если это не будет правильно понято (просто усилим внутренние войска или что-нибудь в этом роде), то и зданиям областной администрации, и г-дам «авенам» придет пиндык.

* * *

Один мудрый писатель (поляк Парандовский) как-то обмолвился (не ручаемся за точность цитаты), что лавры литератора – это последнее, что начинает мучить достигших материального благополучия людей.

Однако здесь философия процесса гораздо глубже: г-н Авен не просто делится секретом успеха (сомнительного, по мнению большинства рецензентов) и не только обличает «левака»-Прилепина – он суггестивно... хочет сменить касту: из торговцев-вайшьев превратиться в брахмана, жреца, властителя не денег, даваемых в рост, а умов…(то есть, о ужас, в тайне хочет быть похожим на Прилепина-писателя). Этот замах понятен и извинителен. Но такого не бывает, если только г-н Авен не последует примеру принца Гаутамы и – раздав имущество и оставив Альфа-банк непросветлевшим заместителям – не удалится насовсем в джунгли Тверской области для замаливания грехов, аскезы, отшельничества, и многолетнего постижения ныне чуждых ему истин.

Дискуссия Авена с Прилепиным ценна еще и потому, что вскрывает главную мотивацию события: те самые «обстоятельства». Обстоятельства конкретной страны России, конкретного времени, когда «саньки» утвердились в таком образе мыслей, который начал пугать «авенов».

Но, последние, вместо того, что изменится метафизически, побежали в Кремль за деньгами для продолжения и поддержки «физики» того пространства, которое создали и называют «этой страной».

Что могут чувствовать эти «саньки» сейчас, когда «сэкономленные» на них нефтедоллары спасают трудящихся «на пределе возможностей» «авенов»? Что ж вы общими деньгами оплачиваете частный прогресс и удивляетесь очередному возмущению паствы? Стоять последним в очереди за деньгами – лузерство? А если кто-то не хочет стоять в этой очереди? Вердикт: лучше бы молчали.

… Если бы Прилепину, как Авену, дали 8 млрд. долларов на «исправление» ситуации, он, возможно, создал бы рабочее место и для Авена.

DUMAEM.RU - 16.11.08

Купить книги:

               

 

Соратники и друзья
Сергей ШаргуновНовая газета в Нижнем Новгороде Нижегородская люстрация

На правах рекламы: