В последнее время коммунисты много говорят о необходимости проведения суда над Борисом Ельциным. Готовят какие-то бумаги, собирают пресс-конференции. Все это так скучно и так ненужно сейчас…

Он приехал в наш город, и возжелал посетить Центральную ярмарку. Наверное, это была осень – 98-го года. Помню, было не очень холодно, потому что я, командир отделения ОМОН, и пацаны из моего отделения, и все остальные «космонавты» нашего отряда, были одеты в легкие черные форменные куртки и в береты. Согласно плану, мы должны были сдерживать «восторженно приветствующие» президента толпы.

«Толпы» – человек пятьдесят-семьдесят праздных гуляк еще за час до приезда Ельцина скучились возле входа на ярмарку. В толпе тут и там торчали розовые крепколобые оперативники. Нервозная бабушка лезла в первые ряды, размахивая почему-то будильником, с явным желанием сказать президенту что-то нелицеприятное. Крепколобые головы, подобно акульим плавникам, двинулись сквозь слабо волнующуюся толпу к бабушке. И я даже не заметил, как она исчезла.

Когда вышел Ельцин, толпа восторженно закричала. Закричала со слишком большой готовностью, с умением, словно в том же составе много лет тренировалась на концертах Филиппа Киркорова. Я подумал, что это искусно вопят оперативники, но их лица были серьезны и недвижимы. Забавно, что и те представители толпы, что были в поле моего зрения, в основном молчали, всматриваясь в президента, и не выказывая по поводу его появления особого воодушевления.

Ельцин тяжело подошел и встал рядом со мной, справа, в полуметре. Он поднял правую руку, приветствуя «народ». Наверное, президент давно не пил, у него было свежее, тяжёлое лицо, правда, обильно припудренное. Белесые глаза хряка щурились и улыбались. Он был немного выше меня, на несколько сантиметров.

Президента окружали телохранители, крепкие, с красивыми лицами мужики, они буравили зрачками толпу.

Я стоял рядом, держа руки в грудных карманах, и делал вид, что тоже смотрю в толпу, оберегая президента. Я мог заранее спрятать пистолет в левый карман, заранее снять его с предохранителя и взвести курок. Потом, сжав скулы, и тупо уставившись в лоб одного из оперативников, мягко полуобернувшись в сторону что-то говорящего Ельцина, вспотевшим, ледяным пальцем левой руки нажать на спусковой крючок…

Мне тогда даже в голову это не пришло.

Нет, я, конечно, подумал иронично: «Я сейчас могу убить президента, и войти в историю». Но мне не хотелось входить в историю таким образом.

И по сей день я считаю, что убивать его уже не имело смысла. Быть может, это стоило сделать в 91-ом году или в 93-ем. В 1998-ом народы были к нему равнодушны, миллионы людей его презирали. То, что он скоро, кряхтя и рассыпая песок, слезет с трона, было ясно. Убив его, можно было сделать хороший подарок кому-то из желающих попасть на его место. Кто тогда ходил в преемниках, Немцов или Кириенко? Может быть, власть досталась бы Лужкову. Или Примакову. Или Михалкову. Или Лебедю. Лебедю еще с большей вероятностью, чем дедушке Зю. Дикость какая, а… Впрочем, вряд ли Лебедь страшнее Путина.

Все, что Ельцин мог проебать и распродать, к 1998 году он проебал и распродал. Мне кажется, Россия ничего бы не выиграла от его смерти. Он и так был мертв. А я бы проиграл. Но это сейчас неважно, да и не об этом речь...

В последние годы стало заметно, что тот сброд, что зовется в России «политической элитой» готов отдать, и отдает Ельцина на заклание. Ни его самого, нет, но память о нём и дела его.

Риторика о том, что десять лет демократического разброда и бардака, наконец, прекратились, стала общим местом. Государственные каналы часто и с удовольствием говорят об этом. Фамилия Ельцина не произносится, но всем ясно, что именно его дела подразумевают, когда говорят о произошедшем разрушении страны. Если будет нужно, власть будет валить разброд в России на Ельцина еще ретивее, лишь бы отвлечь внимание от своих, от нынешних дел.

Недавно я прочел в красивом, элитном, многотиражным, явно пропутинском журнале, «исследование» некоего историка. Он сравнивает, достаточно умело жонглируя цифрами, время «демократических реформ» со смутой начала 17-го века и с ситуацией в России в начале 20-го. И приходит к выводу, что смута имеет одинаковую цикличность, примерно в 12 лет протяженностью. И сейчас смута, по мнению историка, закончилась. Так же, как закончилась она с победой Минина и Пожарского в 17-ом веке, и с окончанием Гражданской войны после 1917-го. А благие дела Путина дадут результат, по уверениям историка, лет через пятнадцать.

Всё это – бессмысленный подгон, дешевая манипуляция. Во-первых, нации и государства имеют свойство умирать, распадаться, превращаться в прах, не взирая ни на какую цикличность. Во-вторых, разумнее ни цифры тасовать, а рассматривать внешнеполитические и экономические деяния нынешнего президента, которые говорят сами за себя. Но как раз об этом всевозможные аналитики, начиная от провинициальных придурков и заканчивая ведущими программы «Однако», совсем не упоминают. Уводят нестарую, деятельную мразь из под удара, и подставляют старую и никчемную.

Какой гадкий фокус…

Обыватель, -- неважно, нищий ли он бюджетник или зажравшийся бизнесмен, --реагирует на совершаемую ныне манипуляцию с искренней готовностью. «Да, Ельцин много натворил всего, -- признают даже вчерашние истовые демократы, -- но, наконец, сейчас начали наводить порядок…»

«Какой на хуй «порядок»! – хочется заорать, -- Разуйте глаза, дети бородатые!»

Грустно, что многие представители патриотических сил невольно участвуют в процессе манипуляции. Наверное, патриоты старшего поколения, так долго и так искренне ненавидели Ельцина, что прикипели к нему сердцем. На Путина уже ненависти не хватает. Быть может, возраст не тот, чтобы менять свои приоритеты? Даже уважаемый мной Александр Проханов, проклиная в каждой второй своей передовице Ельцина, в каждой третьей передовице, обращается к разуму Путина, призывает его отвернуться от олигархов и повернуться лицом к народу, словно нынешний президент избушка на курьих ножках. Призывать Путина делать что-либо разумное -- бесполезно. В той же мере бесполезно, как призывать Ельцина собрать обратно СССР, а Горбачева – починить Берлинскую стену.

Если анализировать труды современных мыслителей патриотического лагеря (впрочем, либеральных мыслителей в России вообще не существует), то можно отметить ту же тенденцию. И Сергей Кара-Мурза, и Александр Панарин, и Александр Зиновьев могут метко и емко написать о Ельцине, и тем более о Горбачеве, но о действующем президенте чаще всего вообще не упоминают.

Ах, неужели о нем нечего сказать?

Инициируемые всевозможными патриотами скандалы о необходимости провести суд над Ельциным, так же работают на Путина, как риторика на государственных каналах об окончившимся реформаторском бардаке, и как «исследования» насквозь ангажированных аналитиков из модных журналов. Предполагаю, что спустя энное количество лет, те же самые патриоты будут так же собирать бумаги для суда над товарищем подполковником. Когда придет новый продолжатель реформ. Но, как говорят, сопливых вовремя целуют. И вовремя утирают им сопли. Иначе вся эта суета превращается в «парадный юмор». Знаете, когда человек сидит на вечеринке, и ему все время хочется сострить, но никак не получается. А потом он выходит в парадную, и постфактум начинает придумывать остроты. Возможно, эти остроты хороши, но время их прошло.

Значит ли это, что Ельцина судить не нужно? Нет, ну что вы. Нужно, обязательно нужно, но потом, много после. Приведу такой вот пример: сейчас судить Ельцина, почти то же самое, что вспоминать Вильгельма во время войны с Гитлером.

Новое поколение русских парней должны знать о том, что сделали с их страной почтенные пенсионеры Михаил Сергеевич и Борис Николаевич. Но, если у русских пацанов еще болит сердце за Родину, фокусировать классовую ненависть им стоит на одном человеке.

Включите телевизор, и вы увидите, как он, застенчиво опустив глаза, читает. Вот уже три года он читает один и тот же текст. Текст приговора стране.

Страну поднимают на дыбе, потом вешают, потом расстреливают, потом засыпают горячим пеплом, потом раскапывают и топят, потом извлекают из-под воды и режут на куски, потом бросают на помойку и она ржавеет, потом возвращают с помойки и бьют молотом по ржавым кускам.

А он все читает. Смотрите на него, и не отвлекайтесь на посторонние эффекты.

«Генеральная линия», 2003
Купить книги:

               

 

Соратники и друзья
Сергей ШаргуновНовая газета в Нижнем Новгороде Нижегородская люстрация

На правах рекламы: