(О деликатесах)

Говорят, что в прежние времена всё было одинаковое. Даже деликатесы – одни на всех.

Помните бананы, которые были непотребно зелены и ждали своего часа на подоконнике?

Их привозили из Москвы наши мамы или тетки. Бананы в количестве, скажем, шесть штук, делили на детей.

Тогда начиналась проверка характера.

Моя, к примеру, сестра съедала свой зелёный через два дня.

Я был выдержан и терпелив.

Спрашивал у мамы: «Можно?»

«Ещё денёк, сынок».

Этот день всё-таки наступал и я, замирая, слыша чудесные ароматы обнажаемой белой и мягкой плоти, медленно приступал к делу.

Банан кончался через три минуты. Были безуспешные попытки съедать изнанку кожуры, счищая её зубами или ложкой, но это оказалось невкусным.

Но даже кожуру выбрасывать было жалко, и она ещё какое-то время хранилась на подоконнике, чернея.

Ещё было мороженое, и я до сих пор люблю элементарный пломбир куда больше, чем иные белые слитки во всевозможной глазури. Пломбир первозданен, он – абсолютное мороженое, ничего лишнего…

Отчего-то в школьную пору у меня водились деньги, светлая, с ликом Ильича, мелочь, и каждый раз, возвращаясь с занятий, я покупал всем одноклассникам, что шли со мной, по мороженому. Три, четыре, пять пломбиров. И раздавал.

У них почему-то не было мелочи. А я копил на магнитофон: бабушка с дедушкой одаривали «четвертными» после летних каникул. Магнитофон я так и не купил тогда. Он стоил 180 рублей, кажется.

Помню ещё свой первый выход в кафе, мне было лет двенадцать, и я чинно уселся и заказал мороженое, пепси, элер, пирожное «Картошка». Полный набор мечтаний советского подростка. Деликатесы, да.

По отдельности всё заказанное было прекрасным. А вместе... Пепси перебивало вкус мороженого, эклер не сочетался ни с чем. Но я всё равно всё съел. Получил исключительно эстетическое удовольствие. Как от многих иных деликатесов. Мы же мало умеем их потреблять. Нет возможности привыкнуть, проникнуться…

А потом наступили иные времена.

В замечательно тёплые дни 98 года я обнаружил себя в качестве работника ОМОН, которому уже полгода не платили зарплату. Зато у меня был ребёнок, свой сын, первый.

Через несколько месяцев после его рождения случился дефолт, а у моей жены пропало молоко.

Мы покупали детскую смесь, и тех тощих купюр, что мне выдавали на работе, хватало на три банки смеси. Сын съедал их в два дня. Больше денег у меня не было, жена смотрела на меня большими глазами, и сын таращился. Я добывал денег самыми разными способами, в основном, противозаконными.

Моё государство могло посадить меня в тюрьму. Не знаю, какое оно имело на это моральное право, но оно и безо всякого права посадило бы.

В те дни мой список деликатесов был расширен беспримерно.

Известно, что в иные века деликатесами считались чай и картофель. Новые российские времена сумели вернуть этим продуктам первозданное их восприятие. Для меня и моей семьи и чай и картофель стали деликатесами.

Однажды я купил жене пудинг, она болела. Это было таким счастьем, куда более трепетным, чем советские бананы на подоконниках.

Так я провел почти два года, возненавидел своё государство, которое никогда не унижало подобным образом моих родителей, бросил работу, в общем, сменил всё, что мог сменить, вплоть до места проживания.

Потом уже, много позже, иногда, изредка у меня водились какие-то случайные деньги, они легко тратились, и тогда ко мне вновь возвращалось то чувство, что я испытывал, покупая одноклассникам мороженое. Чувство, что всем хорошо, мне хорошо, и ничего не жалко.

Но отношение к деликатесам так и осталось прежнее – не детское, а воспитанное шоком многомесячного полуголодного существования. Я до сих пор едва не плачу от счастья, видя хорошую тарелку гречневой каши с тушенкой, и ничего мне на фиг не надо. Потому что я знаю, как бывает в жизни. И о чём не знаю - могу догадаться.

В связи с этим, некоторые выводы, пришедшие мне на ум, замечательно просты: деликатесы – это всего лишь то, что вызывает ощущение счастья и полноты жизни. Я не пробовал ласточкины гнезда и рыбу Фуго, но всё это время был счастлив.

В моей жизни не было никаких изысканных и редких кулинарных деликатесов, и я вовсе не огорчусь, если их так и не случится.

Хотя, вру. На форуме молодых писателей, в прошлом году, мой друг Саша Морев, писатель с далекого Сахалина привёз целую банку красной икры, и мы пили водку, Сашка, я, Денис Гуцко – лауреат Букеровской премии, Дима Новиков из Петрозаводска, прекрасный человечище, и икрой заедали. Ну, блаженство!

И ещё одну банку мне привёз позавчера друг и нацбол Илья Шамазов, он тоже родом всё с того же Сахалина. Но эту банку быстро размазали по бесконечным бутербродам мои домашние, наделённые лучезарным аппетитом.

Всё, конец списка.

Купить книги:

               

 

Соратники и друзья
Сергей ШаргуновНовая газета в Нижнем Новгороде Нижегородская люстрация

На правах рекламы:

Брендовая обувь дешево оптом http://www.obuvopt-amin.ru/.