«Новые ворота» — «Не сезон»

Вис Виталис — «OneManStanding»

«Ундервуд» — «Женщины и дети»

Эту пластинку слушал, как в юности: кажется, что всё тело подвывает от радости. Занимаюсь какими-нибудь ужасно важными делами, а сам думаю: «Сейчас поеду домой, включу «Ундервуд» и буду двигаться не очень торопясь, 50 км в час, чтоб больше успеть послушать».

Ха! Не торопясь. Попробуйте не торопиться, когда звучит «Америка» (она же — «В джазе только девушки»). На словах «Над Балтимором кружит ворон» я неизбежно вдавливаю педаль в пол, дома с деревьями валятся на бок, тут же исчезая из вида, а меня окатывают мурашки: я думал, эти юношеские мурашки от меня уже убежали — не помню когда... Когда я, к примеру, слушал только что вышедшие, с пылу с жару «Шестой лесничий» или «Как я стал их предателем». Но нет, оказалось, они со мной, скачут, как припадочные, всего затоптали.

Посмотрим, что с вами будет, когда вы услышите, как вокалист скомандует «Девчонки!», — и девичья джаз-банда запоёт чудесными голосами волшебное слово «Ундервуд». Если по вам мурашки не побегут, сходите к врачу, может, вы умерли уже.

«Ундервуд» записали пластинку раблезианскую, гаргантюа-пантагрюэлевскую, очень разноцветную, очень взрослую и, на мой вкус, лучшую в их фонотеке.

Уже третью неделю я попеременно пою про себя то «...пилоту небо Родины как мёд», то «...не уснуть, не потушить фонари», то «...самая красивая девушка в мире ходит голая по своей квартире», и сердце моё скачет, как мячик, и вид у меня такой, словно меня накормили мороженым, а сейчас ещё и коньяка дадут.

На прежних их пластинках надо было много улыбаться — по мне, так чересчур много: я не умею столько положительных эмоций принимать в один заход, у меня скулы сводит от улыбки. Дураку понятно, что два этих врача (фронтмены группы, авторы, сочинители и исполнители песен Максим Кучеренко и Владимир Ткаченко — бывшие врачи) сразу были не простые парни, и некоторая их беззаботность неизбежно оказывалась мнимой.

Но только на этом диске было достигнуто то так необходимое мне ощущение органичного сочетания богатых аранжировок, продуманных эмоций, внешней ироничности, внутренней сдержанности и ещё более глубокого, по-мужски запрятанного в самую сердцевину трагизма, по большому счёту только в последней вещи явленного: «У нас есть пять минут, чтоб успеть добежать до канадской границы...»

Мне всегда хотелось, чтоб русские рокеры были умны в музыке, как King Crimson, а в текстах — как Михаил Щербаков.

Чтоб музыка бурлила и кипела, но не перекипала и не заливала плиту. Чтоб было достойно сформулировано, но слова не выдавали желание автора казаться умнее, чем он есть. А если это желание непобедимо — спасаться хотя бы самоиронией.

В случае этой пластинки «Ундервуда» всё в порядке: бурлит, не перекипает, самоирония в идеальном состоянии, афористичность традиционно на высоком уровне. Одна строчка «Порознь всю жизнь и пять минут в постели» чего стоит. И жизнь, и судьба сразу вместились туда, и ещё что-то невысказанное.

Выше всяких похвал девятиминутная вещь «Куда бы ни текла вода...», самая длинная в арсенале «Ундервуда» и таковой совершенно не воспринимающаяся: кстати, с традиционными для «Ундервуда» приветами БГ (а в данном случае, скорее, Анатолию Гуницкому) в тексте; или это мне только кажется, что «Лётчик», «Молодые львы», «Истребитель» и «Девушка с веслом», имеющиеся в арсенале «Ундервуда» вовсе не нарочно, но уж точно не случайно дублируют по названиям одноимённые песни БГ; да и сама заглавная композиция рассматриваемого нами альбома «Девушка с мольбертом» имеет в припеве строчку «Трачу, последние дни свои трачу» — см. древнюю песню БГ «Трачу свой последний день».

Наверное, под конец надо что-нибудь плохое сказать, а то слишком празднично получилось. Безусловно, песня «Луксор» напоминает сорок тысяч других песен «Ундервуда», слово «порознь» имеет два слога, а не три, как хотелось бы Кучеренко, а музыкально фраза «У нас есть пять минут» имеет какой-то очевидный аналог, который я так и не смог вспомнить.

Да, ну и чёрт с ним.

Как вы понимаете, предпоследний абзац не в состоянии испортить мне же мою же бочку мёда. «Ундервуд», вы прекрасны.

«Новые ворота» — «Не сезон»

Те, кто жили в Нижнем Новгороде в прошлом столетии, помнят, что для нас значила группа «Новые ворота».

Самый конец 80-х, самое начало 90-х. Ленинградский рок-клуб накрыл Советский Союз целиком, следом пошла волна из Екатеринбурга, и мы были уверены, что следующая волна будет наша — Чиж, «Хроноп», Полковник, «Новые ворота»...

Когда в 1990 году мы стояли над весенним слиянием Оки и Волги — толпы людей в длинных волосах, фенечках и прочей нехитрой атрибутике, сошедшиеся в огромном количестве на нижегородский трёхдневный рок-фестиваль — ни один из нас не мог догадаться, что история рок-н-ролла в России уже закончилась. Нам-то казалось, что только началась.

Явившаяся свобода снесёт всё самое умное, хрупкое, неоднозначное — придёт кислота, птюч, прямая бочка, тымц-тымц-тымц, вся эта блевотная муть; мало что я ненавижу так, как российские 90-е.

БГ, Шевчук, Скляр, Ревякин, Кинчев, конечно же, устояли — но просто потому, что они, как столбы, заранее были врыты глубоко в почву, их пенным мусорным потоком не снесло. Зато Башлачёв, чтоб в этой помойке не купаться, не дожидаясь, выпрыгнул в окно. Иначе чем бы он занимался году в 1995-м? Кто-то может представить? «Время колокольчиков» пел бы?

...история рок-н-ролла закончилась, но остались приручённые рок-н-роллом дети, которые самозванно решили, что они за него в ответе; остались, как это ни банально звучит, песни, которые они зачем-то продолжали сочинять.

«Новые ворота» — пронзительная рок-фолк-группа, русский, со скрипкой и акустикой, вариант TheDoors, по музыке, впрочем, к TheDoorsне имеющий почти никакого отношения — но имеющий отношение к Моррисону на уровне того, что называется «тонкие энергии» (представления не имею, что это такое, но вы прекрасно всё поняли, а я только этого и добивался).

На одном общем концерте «Новые ворота» были бы уместны вместе с Инной Желанной и группой «Калинов Мост» — но не в том, душеспасающем, проповедническом варианте, который сегодня имеет место быть, а в прежнем — из тех времён, когда Ревякин был юн, дик и всей правды не знал, что для художника, быть может, куда полезнее знания.

Однако и эти сравнения не открывают всей сути «Новых ворот» — явления совершенно уникального и через аналогии труднообъяснимого.

Александр Яковлев, вокалист, гитарист и автор мелодий к песням группы, наверняка, поусмехается на все вышеизложенные аттестации, начиная со словосочетания «русская группа». «Собрались цыган, еврейка и армянин, и вот результат», — примерно так отреагировал бы Саша на это.

На пластинке всего 10 песен, одна из них — сербская народная, остальные свои. Тексты, как правило, Яковлев берёт готовые — большинство из них делает Илья Куртинин, фактический участник группы.

Яковлев как-то сказал, что почти все мелодии, которые здесь есть, сочинены давно или очень давно — что ж, это лишь доказывает, что родник остался там же, где и был, а время ничего не меняет, сколько бы мусора оно б не волочило за собою.

При иных обстоятельствах такие вещи «Новых ворот», как «Я возьму с собой баян» или «Наших бойцов истребляет джанк» стали бы на-всю-Россию-хитами (если б, к примеру, альбом этот вышел не только что, а году в 1985-м). Но всё есть как оно есть, и надо, видимо, только добавить, что группа ведёт здоровый образ жизни, Яковлев никогда не употреблял наркотиков, а что там имеет в виду Куртинин, пусть думает Госнаркоконтроль. Но лучше пусть не думает. Потому что баян — это такой инструмент, его надо растягивать, а потом сжимать, и всем будет радость.

Самые показательные вещи пластинки: «Разведись со мной моя усталость» и финальный «Романс», нежнейший и печальный. Когда будете знакомиться с «Новыми воротами», попробуйте зайти с этого крылечка.

Если возьмёт невидимой лапкой за горло вся эта история — Сашин голос, Наташина скрипка, тексты Ильи — значит, вы попали.

В смысле: попали к нам, в нашу компанию, зашли в «Новые ворота», чтоб ещё раз оглянуться на свою старую жизнь и понять, как нам быть дальше.

Понятно, что для «Новых ворот» нынешние времена — не сезон (см. название пластинки). Но вот характерная новость: только что молодой рэпер Ричар Пейсмейкер сделал свою версию песни Яковлева «Подросток»: «Мама, не ругай меня, я весь в крови».

...может, когда-нибудь этот «Не сезон» будет нашей обычной погодой?

Вис Виталис— «One Man Standing»

По всем показателям Вис Виталис должен быть рок-звездой. Он зол, умён, талантлив, у него есть харизма, у него есть взгляды, он умеет делать музыку, как мало кто, и умеет составлять слова. Он современный, а то и на полшага впереди дня текущего.

Любой его предыдущий альбом (а мы сейчас будем говорить о третьем) обещал быть бомбой.

И «Выживу Стану Крепче» (2004), сделанный в рамках проекта «Sixtynine», и «Делай Что Должен» (2008) — каждый из них мог бы стать, что называется, программным, если не сказать эпохальным.

Первый заявил о том, что в 90-е здесь выросло целое поколение людей, не очень довольное случившимся переделом. «Ответить, где мы, man? В белом гетто». Илье Кормильцеву это ужасно понравилось, Леонид Парфёнов, видимо, был удивлён до такой степени, что посвятил Вису отдельный сюжет в «Намедни».

Второй альбом подвёл итоги уже «нулевым»: поколение 70-х годов рождения отчиталось о том, что «прекрасное далёко» обернулось для многих из нас тоскливой мерзостью и опустошением.

Третья номерная пластинка Виса «One Man Standing» двигает всю ту же, ставшую магистральной для этого исполнителя, линию: мужчина обязан быть сильней обстоятельств, мужчина обязан быть сильней, мужчина обязан быть, мужчина обязан, мужчина. Всё это с рэпфанковой или, реже, панкроковой подкладкой — звук стал куда выверенней, если не сказать изящней. Ряд песен слушателям Виса уже знаком — начиная от заглавной «One Man Standing» (моя любимая, и одна из самых любимых песен моей жены вообще — в силу этого только в машине, путешествуя с семьёй, я прослушал её не менее тысячи раз; и, знаете, не надоело) и включая боевик «Рэп — это панк».

О том, что Вис стал взрослей и даже, что ли, немного подустал, сообщат нам «Вселенная» (недавно был презентован ностальгический, хоть и несколько нарочитый клип на эту песню) и совсем уж неожиданная «Москва» (которая мне не нравится совсем; да я и не москвич, мы не местные, чего нам тут может понравиться).

Пластинка получилась, с одной стороны, увесистая, как кастет, с другой стороны — сбалансированная, сделанная с умом и тактом: можно подарить хорошему взрослому ценителю музыки, и он оценит: да, это вещь.

Другой вопрос: где ж его взять!

Для нашего поколения — тех самых 70-х годов рождения — новая пластинка Виса Виталиса могла бы стать и оправданием, и откровением. Всякий из нас, рано выползший из нашего «прекрасного далёка» на обломки империи, переживший 90-е и научившийся быть человеком в «нулевые», мог бы, послушав «One Man Standing», сказать: да, это про меня.

Но он не скажет.

На прошлом своём диске Вис Виталис был прав, когда пел про наше с ним «разбитое наголову поколение».

Это музыка для мёртвых. Отдельных людей много, поколения, как слушателя, — нет.

Вис мог быть сильнее подлого времени, мог плыть против течения, мог бороться с тем, что никого уже не волновало (хотя должно было бы волновать), он мог сохранить свою самость, своё «я». Но он точно не может одного: заставить мёртвых танцевать.

Мёртвые, как известно, не танцуют.

Но я желаю Вису удачи. Вопреки обстоятельствам.

Обстоятельства, уточню, следующие. Для рождённых в 60-е это слишком тяжело. Для рождённых в 90-е это слишком сложно. Быть может, нас услышат новые дети. Если мальчик собрался расти «чисто-конкретно» (название ещё одной песни с альбома) мальчиком, а не чёрт знает чем — ему уже прописаны хорошие витамины: «One Man Standing».

Общие выводы из общих вводных

То, что в этой расширенной рецензии собраны сразу три ничем не схожих проекта («Ундервуд», «Новые ворота», Вис Виталис), — не случайно.

Во-первых, я пишу о своих ровесниках. Ну, почти ровесниках: все они старше меня года на два-три. Все они начали в 90-е, а пластинки стали выпускать в «нулевые».

Во-вторых, все так или иначе сообщили о, пышно говоря, внутренней несостоятельности нового времени. Если проще, то каждый из вышеназванных на своём языке сообщил слушателем: ребята, нас обманули, поэтому давайте куда-нибудь убежим — в свой мифический Советский Союз («Ундервуд»), или до не менее мифической канадской границы, чтоб послушать джаз (они же), либо в баяновый перекур («Новые ворота»), либо в свою мужскую крепость, в которой пересидим муторные сквозняки (Вис).

В-третьих, я пишу о странном эффекте нового времени: «Ундервуд» достаточно известны (хотя не кочуют со стадиона на стадион, а могли бы), «Новые ворота» известны, но недостаточно (хотя имеют все основания для этого), про Виса Виталиса мы только что всё сказали... В итоге остаётся лишь удивиться: где все те люди, которые в пору моей юности поверилии свой быт, и своё бытие по музыке?

Песня реально помогала и строить, и жить, и ломать, и бить, и курить, и пить, и давала ответы на очень многие вопросы.

Сейчас вопросы стали ещё сложней — но, быть может, никому уже не нужны ответы?

Или все стали такие умные, что ответы знают сами?

В конце концов, мы действительно можем о чём-то догадаться без посторонней помощи, но мелодическое решение стоящей перед нами задачи — как же не порадоваться ему? Я, правда, не понимаю!

...каждый выживает в одиночку, никому не подпевая.

Есть скорбное ощущение, что самые действенные люди нашей эпохи (условно говоря, от 30 до 50) разучились слушать музыку. По крайней мере, новую музыку, к которой надо привыкнуть и которую стоит понять.

Традиционный ответ по этому поводу: других дел полно. Это они сами так о себе думают: «у нас полно других дел». Как будто есть какие-то дела важнее музыки.

...помните, как у Бориса Рыжего (ещё один 70-х годов рождения): «Спи, ни о чём не беспокойся / есть только музыка одна».

Рыжий удавился. А мы ещё нет. И, надеюсь, не собираемся.

Захар Прилепин, "12"

Купить книги:

               

 

Соратники и друзья
Сергей ШаргуновНовая газета в Нижнем Новгороде Нижегородская люстрация

На правах рекламы: